Помощь военным
Узнайте первым о новинках форума «Армия-2019»

Война понарошку

Тема: ВМФ, Авиация, Армия, Статьи, Фото

Корреспондент агентства Военное.РФ принял участие в военно-исторической реконструкции, условно "пал" на поле боя и узнал, как становятся реконструкторами, сколько это стоит, а также что чувствуют люди, отправляясь в "игрушечную" атаку.

Мы собрались в тесном каземате. Получив сигнал, командир взвода закричал "Вперед!" Этот крик повторил командир нашего отряда, которому предстояло выйти первому, и он смешался с общим "ура!", а также какими-то еще словами и междометиями, которые кричат люди в минуты эмоционального подъема.

1 / 2

Первых нескольких немцев мы застали врасплох. На них даже не стали тратить патроны, все решила короткая рукопашная схватка. Но их товарищи спохватились достаточно быстро, открыв по нам огонь из винтовок. Я выстрелил в ответ и тут же оценил качество своей трехлинейки. Новый патрон дослался в патронник лишь с третьей попытки, сопровождавшейся яростными ударами по рукояти затвора и не менее яростными комментариями с моей стороны. Тем временем, с флангов тоже повалили наши и мы вновь рванули вперед.

В следующий момент я благополучно потерял свой отряд. Когда мы в очередной раз залегли, попав под огонь немцев, я понял, что вокруг меня незнакомые люди. Говорил же командир: "запомни бойца, который перед тобой, пойдешь четко за ним". В горячке боя оказалось не до того. К счастью, удалось осмотреться и заметить своих, так что следующую перебежку я уже делал с ними, проклиная на этот раз свои сапоги, которые были на размер больше и норовили слететь с ног.

Впереди ударил немецкий пулемет. Падая на землю, краем глаза я вижу, как слева падает командир взвода. Он развернулся в падении и рухнул навзничь, раскинув руки. Убит — догадался я. Вжавшись в землю, стреляю по пулеметчику. Осечка. Еще раз. Выстрел - и опять новый патрон никак не хочет досылаться в патронник. Тем временем немцы поднимаются в атаку. Я наконец справился с винтовкой и прицельно стреляю в одного из атакующих. Он падает. Разобраться со следующей перезарядкой уже не успеваю — надо мной навис фриц, который бьет меня прикладом. Предпринять что-либо невозможно, но тут подоспел кто-то из своих. Фриц падает на меня. Некоторое время я вижу огромное синее небо, по которому плывут облака. Потом я закрыл глаза. Так закончился мой первый "бой".
Правила участия в реконструкции (нажмите для просмотра)
Реконструкция проводится по заранее разработанному плану и каждый ее участник действует в соответствии с ним. Макеты оружия стреляют холостыми патронами. Если реконструктор видит, что стреляют в него, он должен упасть и притвориться мертвым. Тот, кто не соблюдает это правило, рискует заработать презрительное прозвище "Маклауд".
Перед боем

Военно-исторический фестиваль "ФортПост 2015" проходил на территории форта Константин в Кронштадте. Он был посвящен обороне Либавы в июне 1941 года. Именно там немецкая группа армий "Север" впервые встретила массовое организованное сопротивление Красной армии и понесла серьезные потери. Обороняли Либаву солдаты, матросы и ополченцы, одного из которых сыграл автор этих строк.

Перед "боем" слышу среди разговоров английскую речь. Выясняется, что в наших рядах есть англичанин. Хотя англичанин он в обычной жизни, а на реконструкции — моряк Балтийского флота. Томас стал реконструктором еще в родном Лондоне, а приехав два года назад в Петербург, продолжил заниматься своим хобби здесь. Разница невелика.
"В Англии реконструкция обычно длится весь уикэнд, 2 — 3 дня. В России — 1 день", - говорит Томас.


Томас

В нашем отряде впервые идут в "бой" двое: я и Ольга. Она вышла на реконструкторов, когда искала своего пропавшего без вести во время войны дедушку. Многие реконструкторы — еще и поисковики, так что общение на форуме закончилось приглашением в военно-исторический клуб.

Ольга (справа)

Ольга — из немногих, кто нервничает перед "боем". Глядя на остальных никак не скажешь, что через час они пойдут в "атаку", пускай и "игрушечную". Типичная встреча старых друзей: болтовня, хохмы, диалоги из серии "а помнишь, мы тогда...". И, конечно, обсуждение своих "реконструкторских принадлежностей" — формы, элементов обмундирования, макетов оружия. Молодой "боец" с гордостью демонстрирует товарищам портсигар 1942 года, который его отец нашел на стройке. На некоторое время артефакт становится центром всеобщего внимания.

Обед перед "боем"

"Есть сапожки, 38 размер", - небрежно роняет проходящий мимо "красноармеец". "Учтем", - отвечает ему наш командир. Аутентичные или соответствующие исторической эпохе вещи добываются долго и трудно. Что-то до сих пор хранится на складах, но чаще — шьется специализированными ателье или мастерами. Комплект формы красноармейца, в котором можно выйти на реконструкцию, стоит от 15 тыс. рублей, еще тысяч в 25 обойдется макет винтовки. Это нижняя планка, верхней просто не существует. На серьезные реконструкции приезжает антикварная или воссозданная по историческим образцам военная техника.

1 / 3

Тщательно подобрана каждая деталь гардероба даже у "ополченцев": пиджаки и рубашки фасона 1940-х, значки, круглые очки, прически. За "фальшивую" деталь можно получить прозвище "покемона" и попросту не попасть на серьезную реконструкцию.

1 / 3

С другой стороны

"Ну что там, кончилось уже?" - недовольно проворчал лежащий на мне "фашист". Судя по стихнувшей стрельбе, бодрым выкрикам комментатора (разобрать слова не представлялось возможным) и аплодисментам зрителей, действительно, кончилось. "Фашист" встал и вежливо поинтересовался у меня: "ты как, нормально?" "Нормально", - отозвался я.

"Немцами" часто становятся те, кто "повоевал" за Красную армию и захотел взглянуть на войну с другой стороны. "У меня отец советский офицер, я советской армии насмотрелся. Захотелось посмотреть как это с другой стороны происходит", - рассказывает "немецкий пехотинец" Александр. "В Красной армии больше мест нет, не берут", - отшучивается "немецкая санитарка" Эльза. Это ее настоящее имя. Впрочем, многие реконструкторы имеют несколько комплектов формы — не только разных армий, но и разных эпох.

"Противники"

За что воюем?

Павшие вставали и собирались в шеренги. Ко мне подбежал кто-то из зрителей: "можно с вами сфотографироваться?" Я вспомнил себя несколько лет назад на одной из "Ночи музеев" в Артиллерийском музее, где тоже давали реконструкцию, и собственные кадры с ее участниками. У тех были серьезные и терпеливые лица. "Можно", - сказал я, сделал серьезное лицо и стал терпеливо ждать, пока нас отснимут сначала на фотоаппарат, а потом на телефон. Потом я занял место в шеренге, слушал речь кого-то из командиров, кричал "Ура!" Так закончилась моя первая война.

Чуть позже бывалые "бойцы" пренебрежительно махали рукой: "бывало и лучше". На меня смотрели с пониманием: в первый раз всегда много адреналина. Много его и на масштабных мероприятиях.
"У меня была такая ситуация: я был на "Поле боя", это московский крупный фестиваль. Я как-то обернулся, а сзади меня танк. Я на секунду потерялся, где я нахожусь, мне показалось, что я на Курской дуге в 1943 году... Реально очень страшно", - делится Александр.


Но кому-то не хватает и этого. "Я общался со своими товарищами, украинскими реконструкторами и там очень интересный разговор был из серии: "Что-то у вас мероприятия не проводятся" "А зачем нам мероприятия, если хочешь пострелять, можем в Донбасс поехать". Поэтому для кого-то все уходит из области солдатиков в реальную жизнь. Не все возвращаются", - рассказывает руководитель военно-исторического клуба "Патриот" Павел Желтов. По его словам, такие люди есть по обе стороны конфликта.

Остальным интересна история и просветительские задачи. "Мы очень масштабно реконструируем прорыв блокады, - приводит пример Александр. - Приходят дети, смотрят. Потом они приходят домой, открывают "Википедию". Они начинают интересоваться, что такое блокада, что такое прорыв, когда он был".

А кому-то важно просветить самого себя. "Одно дело, когда ты читаешь в учебнике о каком-то героическом подвиге или сейчас слышишь о каких-то подвигах наших военнослужащих, - рассуждает Павел Желтов. - И после этого ты видишь примерно такую же, пусть и игрушечную картину на поле боя, где надо поднять залегшую цепь на пулеметы. Люди не хотят вставать, хоть и понимают, что стреляют не боевыми патронами. Но все равно поднять себя за шиворот и вытащить — это надо постараться очень сильно".

Александр Лобановский